Вторник, 20 апреля
  • Погода в Гродно
  • 6
  • EUR3,114
  • USD2,596
  • RUB (100)3,4055
TOP

В пучине революции

Из истории гродненских губернаторовСменивший в феврале 1903 года Петра Столыпина Михаил Осоргин оставался гродненским губернатором до весны 1905 года, когда вся страна окунулась в пучину революции.

Как и большинство его предшественников, этот губернатор также являлся почетным членом ряда местных организаций, таких, например, как Гродненское управление Российского общества Красного Креста или Гродненский епархиальный училищный совет. Именно Осоргин положил первый «кирпичик» в основание культа Столыпина в городе, когда приказал провести сбор денег для учрежденной стипендии имени Столыпина в одном из учебных заведений Гродно.

«С дворянскими чистыми и розовыми руками»
Тяжкое бремя усмирителя революционных волнений пало на Ивана Львовича Блока. Он приходился дядей известному поэту и сумел продержаться в губернаторском кресле меньше года: с 4 июня 1905 по 3 февраля 1906 года. «Человек лет пятидесяти, – так описывал его один из современников, – со свежим лицом с голубыми глазами, обрамленным порядочно седой бородой. Густые волосы тоже с сединой зачесаны назад. Одет в китель с орденом на шее. С дворянскими чистыми и розовыми руками». Эта последняя деталь – отнюдь не случайна. От прочих Блока отличало стремление решать возникшие споры путем компромисса, что некоторыми воспринималось, как «чистоплюйство» и проявление слабости!
Как замечают авторы книги «Гродненская губерния», И.Блоку пришлось выдержать «забастовки рабочих гродненских предприятий и служащих государственных учреждений, солдат 26-й артиллерийской бригады, учеников школ и гимназии. Последние бастовали на протяжении 3 недель. Губернатор пригласил делегатов к себе в кабинет для беседы, результатом которой стало его согласие на введение в гимназии польского языка, как предмета преподавания для желающих. Митинги, демонстрации, забастовки подавлялись полицией, казаками, армией». Так как Россия в тот момент напоминала пороховой погреб, более-менее толкового администратора при первой же оказии перевели на другой пост – в Самару, где он вскоре… и погиб. 21 июля 1906 г. рабочий-эсер Г.Фролов привел в исполнение приговор, вынесенный против губернатора партией. Брошенной бомбой И.Блок был разорван на части.

Бежал из Гродно
Совсем уже трусливо, как пишет историк В. Швед, повел себя Владимир Константинович Кистер. Почти сразу после его назначения весной 1906 года в Белостоке, который тогда входил в состав Гродненской губернии, по сути при попустительстве нового руководства происходит грандиозный еврейский погром. Только благодаря активности местной общественности, подобного удалось избежать в самом Гродно (позже Белостокский погром стал темой отдельного разбирательства в российской Думе).
Испугавшись масштабов вспыхнувших беспорядков, губернатор, как это уже случалось ранее, поспешил покинуть Гродно, не оставив своим заместителям ни инструкций, ни распоряжений центральных властей, не передав сведений о состоянии дел в губернии… «Между тем, – жаловались в Министерство внутренних дел нижестоящие чиновники, – …в Гродненской губернии ежедневно могут вспыхнуть… кровавые беспорядки, как на аграрной, так и на национальной почве»… Правда, официально сообщалось, что губернатор ушел в отставку по болезни.
С конца июня 1906 по середину ноября 1907 года гродненским губернатором был Франц Альберт Александрович Зёйн, отметившийся в истории как будущий генерал-губернатор Финляндии. А тем временем революция в стране пошла на спад…

Вместо эпилога
На «целых» пять лет – до декабря 1912 года – «задержался» на должности Гродненского губернатора Виктор Михайлович Борзенко, позже перешедший на должность Нижегородского губернатора. Здесь, кстати, как замечает один из историков, Борзенко запомнился своими довольно оригинальными попытками искоренить пьянство в губернии и, в частности, на ярмарке. Вместе с местным полицмейстером он додумался до такой удивительной меры: «В каждый трактир, по крайней мере из первоклассных, где собственно и происходило тайное пьянство по кабинетам и пропивались сумасшедшие деньги, было посажено по околоточному, который обязан был зорко следить и не допускать тайной продажи вина. Трактирщики поили и кормили полицейских на убой, платили им довольно большие деньги за молчок, и пьянство развернулось еще шире: пьянствовали почти открыто, не только по кабинетам, но в общих залах под охраной самой полиции».
Гродненский губернатор Пётр Михайлович Боярский в качестве особенностей Гродненской губернии считал полонизацию, деятельность ксендзов и… тайную эмиграцию! Следующий за ним Вадим Николаевич Шебеко был последним из гродненских губернаторов, который фактически выполнял возложенные на него обязанности по месту службы, приняв губернию почти перед самой войной – осенью 1913, и оставил этот пост только зимой 1916 года, когда Гродно уже находилось под властью немцев. Наконец, последним российским чиновником, который исполнял обязанности Гродненского губернатора, В.Швед называет Александра Николаевича Крейтона. В период эвакуации он переехал в Петроград, где и продолжал исполнять свои функции вплоть до января 1917 года.

Самое читаемое