Воскресенье, 25 августа
  • Погода в Гродно
  • 26
  • EUR2,2759
  • USD2,0566
  • RUB (100)3,1349
TOP

Несломленный

Мальчуган из семьи итальянских эмигрантов, обчищая помалу бакалейные лавочки на задворках Штатов в межвоенное время, посасывает горячительное из бутылки, раскрашенной под молочную, регулярно получает по носу от местной националистически настроенной молодежи или убегает от сердитого копа. Иногда полисмен преуспевает; тогда пареньку остается исподлобья зыркать пустым взглядом перед разгневанной семьей и повторять: «Я не знаю, почему я такой». Жаль, что не каждый подобный мальчишка (а их много) сможет конвертировать нерастраченный пыл так невероятно, как этот, реально существовавший.

 

Несломленный / Unbroken

 

Режиссер — Анджелина Джоли

В ролях: Джек О’Коннелл, Донал Глисон, Такамаса Исихара, Гарет Хедлунд, Джай Кортни

 

Мальчуган из семьи итальянских эмигрантов, обчищая помалу бакалейные лавочки на задворках Штатов в межвоенное время, посасывает горячительное из бутылки, раскрашенной под молочную, регулярно получает по носу от местной националистически настроенной молодежи или убегает от сердитого копа. Иногда полисмен преуспевает; тогда пареньку остается исподлобья зыркать пустым взглядом перед разгневанной семьей и повторять: «Я не знаю, почему я такой». Жаль, что не каждый подобный мальчишка (а их много) сможет конвертировать нерастраченный пыл так невероятно, как этот, реально существовавший.

Мальчика звали Луи Замперини; отхулиганив, он внял советам брата и стал бегать, причем удивительно хорошо: школьная сборная, победа в штате, республиканские лавры, поездка на Олимпиаду-1936 с зигующими трибунами. Там он, едва держась в кильватере прочих бегунов, на последнем кольце разозлился и в штормовом рывке обогнал пусть не всех, но многих, установив мировой рекорд для круга на следующие 15 лет. Следующей Олимпиадой — совсем уж успешной — для него должна была стать токийская, но тут фашисты всего мира чуток смешали карты прогрессивному человечеству.

Не считая избитой фразы «Основано на реальных событиях» — хотя здесь и правда довольно бережно работают с историей, — Джоли закономерно решила пойти по пути Иствуда-режиссера: бывший экшен-герой и снимает прямолинейно, без экивоков и метафор, не изобретая ничего нового, но прилежно работая со знакомым. Дебют Анджелины как постановщика, скомканную драму про любовь посреди войны на Балканах, если и хвалили, то именно за искренность, призывая видеть в некогда секс-символе адекватную труженицу. Теперь переиначить биографическую книгу про атлета-солдата актрисе помогли сценарист «Гладиатора», автор нескольких небанальных историй ЛаГравенес и не нуждающиеся в представлении братья Коэны. И это… получилось странно.

Настоящий Замперини, осилив почти век, умер в прошлом году, всего ничего не дожив до премьеры, и всячески поддерживал первые наработки Джоли. В фильме он даже во плоти фигурирует в паре архивных кадров в конце, из-за чего вся затея обретает мерно гудящую ауру передачи из цикла «Жизнь замечательных людей». Другой вопрос, так ли нужны нам сегодня эти вежливые и ровные истории про выдающихся тем или этим личностей? — во всяком случае, написанные такими простыми и при этом жирными, будто гуашью, мазками, закрашивающими любой элемент художественности, не укладывающийся на этот аккуратный квадратный холст. В этом и загвоздка: Коэны — мастера сатиры и финтов, ЛаГравенес пишет хорошие диалоги, но что они делали здесь, что они вообще могли поделать здесь — непонятно.

Хотя, если смаргивать флёр ЖЗЛ, окажется, что это достойно сделанная компиляция нескольких привычных сюжетов: трудный подросток, подавшийся в бег (не в бега), — точно «Форест Гамп»; спортивные превозмогания — любая выборка из жанра за последние –дцать лет; скитания на плотике по океану — вполне «Жизнь Пи»; дальше снова вспоминается Иствуд с его тихоокеанской дилогией. Открывающая сцена воздушного боя вообще снята изнутри самолета удивительно ловко, и тут уж сценаристы точно ни при чём — а режиссер очень даже.

Так и неясно, кого винить за последнюю треть ленты, где наяву ужасы лагеря для военнопленных, что с каждой минутой делаются всё более размытыми, бьют всё «молочнее». Сержанта-садиста — единственного, кто и спустя годы отказался побрататься с всё простившим Замперини, — вообще играет специфическая звезда японской поп-сцены, с длинными ногтями и странно блестящими губами. Играет, конечно, артистично, этого не отнять, но эдакий образ чрезвычайно мешает воспринимать моральный слом японца в конце фильма, когда несгибаемый дух помогает Луи преодолеть пытки, и он, изможденный, героически выпрямляется, яростный взгляд вонзая в палача, аж скрючивая того… мда. На этом этапе есть уравновешивающая интерлюдия с разбомбленным японским городом и плачущими женщинами, есть зачаток интересной линии с коллаборационизмом и радиопропагандой, но всё это — на минутку, впроброс, не отвлекаясь от давно налипших на глаза живописаний того, как одни мучают других, а на дворе нелегкие времена.

Из такого контекста можно предположить, что Замперини славен в основном тем, что вообще выжил — в эпизоде ему собрат по плену так и говорит: «Наш подвиг — в том, чтобы не помереть до конца войны», хотя одна из последних сцен на фоне этого заявления выглядит притянутой к нему за уши и фальшиво оптимистической. Хотя выжить в таком водовороте случайных величин — всего лишь еще одна переменная, не зависящая от страданий и стараний (которых, конечно, никто не умаляет). Это опять же риторика уровня поучительно-патриотических передач, но вовсе не описание личных, особенных качеств персоналии — их и живой, и изображаемый Луи как раз сполна проявили и на стадионах, и в море. Проще говоря, можно и про шолоховского «человека» читать как с позиции «сколько необычного; и, кстати, как мужественно», так и — «бравый советский гражданин всё преодолел и всем показал». Вторая неприятнее и значительно бесполезнее, но почему-то очень популярна в так называемых байопиках.

И всё же, при явной расплывчатости второй половины и некоторой скучности всей ленты, это достаточно хорошая работа из разряда «крепкий середнячок» — у всё того же Иствуда таких пруд пруди, — и у нее есть общечеловеческий ракурс. Если попытаться отвлечься от темы войны, осточертевшей всем, живущим днем сегодняшним и не требующим моральных подпорок или духовных скреп, то на передний план выплывет физически достоверная игра молодого британца, после всех передряг абсолютно неузнаваемого под бородой, копотью и грязью, но сохраняющего огоньки жизни в глазах. Ради того, чтобы, когда всё закончится, по экрану в документально дрожащем кадре побежал 80-летний улыбающийся старичок с олимпийским факелом — ибо Замперини всё-таки попадет на японскую Олимпиаду. В 1998 году.

И там Луи радостно махали японские карапузы в ярких курточках, и содержание с формой этой истории, спасибо Джоли, наконец пришли в гармонию, и больше не было свинцовой ярости, и ворочающих массами садистов-милитаристов, и пикирующих бомбардировщиков, и вообще поводов сломаться — и увидел зритель, что это хорошо.

 

Фильм можно увидеть в гродненских кинотеатрах. Расписание сеансов — в нашей афише.


Читайте также: полный список обзоров

Самое читаемое

Разное