Годзилла

Будничное землетрясение в Стране восходящего солнца оборачивается для главного инженера АЭС погибшей женой, погребенной под обломками рабочего места. Годы спустя подросший сын героя, плюшевый морпех, не успев и переодеться после дембеля, вынужден вернуться в Токио и выручить отца, вроде как свихнувшегося на теме конспираций. В комплекте — заторможенный узкоглазый ученый, ядреный насекомоподобный мутант и, минут через пятьдесят, заявленный в заголовке виновник торжества.

 

Годзилла / Godzilla

 

Режиссер — Гарет Эдвардс

В ролях: Аарон Тейлор-Джонсон, Брайан Крэнстон, Элизабет Олсен, Кен Ватанабе, Салли Хокинс, Жюльет Бинош, Дэвид Стрэтэйрн

 

Будничное землетрясение в Стране восходящего солнца оборачивается для главного инженера АЭС погибшей женой, погребенной под обломками рабочего места. Годы спустя подросший сын героя, плюшевый морпех, не успев и переодеться после дембеля, вынужден вернуться в Токио и выручить отца, вроде как свихнувшегося на теме конспираций. В комплекте — заторможенный узкоглазый ученый, ядреный насекомоподобный мутант и, минут через пятьдесят, заявленный в заголовке виновник торжества.

Одна из бесчисленных ключевых фигур японского масскульта, огромное ящероподобное нечто, была изобретена 60 лет назад как метафора военных горестей, пока радиоактивный пепел Второй мировой еще стучал в сердцах. Годзилла сражался и с людьми, и против них, но неизменно выступал олицетворением первобытного хаоса природы. Западный зритель с монстром познакомился преимущественно через невнятный фильм Эммериха в 1998 году, где суть сводилась к «у нас тут ящерка вымахала» и банальному разносу мегаполиса.

Совсем иначе подошел к делу Эдвардс, ранее снявший всего-то микробюджетную фантастику «Монстры», где собственноручно им нарисованные чудики бродили по Центральной Америке на периферии кадра. Сверхчеловеческое очевидно интересует его как контекст и не более того, поэтому камера впивается в людские лица, но вовсе игнорирует первое столкновение огромных органических туш и, до поры, их образность. Далее монстров не раз покажут, а мегаполис всё-таки разнесут, но своеобразное смещение акцентов ощущается весь фильм.

Хорошо бы оно провоцировало взлет драматичности и неудобные моральные вопросы, но по факту получается, что это просто такой оппозиционный подход ради подхода. Вышеупомянутый японский ученый весь фильм ходит с приоткрытым от удивления ртом, а в решающий момент достает отцовский брегет, переживший катастрофу сорок пятого, и заявляет решительное фи применению ядерного оружия. Молодцом, доктор, но запомнят вас, увы, не за это, а токмо за беспомощность. Точно так же другие отличные актеры жалко размазаны по плоскости своих персонажей: их попытались сделать выпуклыми, но это невозможно, когда у вас на постере стометровая образина с внешностью стегозавра. Все драматичные события лишь оттягивают момент, когда придет пора неуклюже воткнуться Годзилле в левую пятку и, приоткрыв рот, поднять взгляд до небес. Какой уж тут экологический подтекст — лишь бы не растоптали.

Тем не менее кино достаточно убедительно — для кого-то, конечно, и в мелодраматические моменты размазывания слез по щекам, а вообще же в те, когда создатели не пытаются воздать каждому по привычкам его и просто транслируют свои замыслы на уровне эстетики. Великолепно выдержанная мрачная гамма из богатых (кроме шуток!) оттенков серого и коричневого, сильная операторская работа и несколько эпизодов с запредельно выдающейся постановкой: например, мелькнувший еще в трейлере парашютный прыжок с высоты девяти километров в апокалиптически багровых красках и под нечеловечески звенящий хор («Реквием» Дьёрдя Лигети) — это очень, очень внушительно. Душа просит, чтобы именно такие всполохи складывались в относительно человеческое лицо блокбастера будущего.

Фильм можно увидеть в гродненских кинотеатрах. Расписание сеансов — в нашей афише.


Читайте также: полный список обзоров